02 Май Интервью Генри Кэвилла в журнале GQ

Категория: Интервью и журналы Discussion:

Получи красный плащ, носи его и лети!

Однажды его назвали «самым невезучим человеком в Голливуде»: Джеймс Бонд и роль в «Гарри Поттере» прошли мимо него. Но теперь неприятности позади, этим летом мы увидим Генри Кэвилла в новой экранизации Супермена «Человек из стали».

В эксклюзивном интервью журналу GQ звезда «Тюдоров» рассказывает о том, как он почти стал военным, о своем пристрастии к компьютерным играм и о том, как судьба свела его с кумиром его детства — Расселом Кроу...

 

Первый раз Генри встретил Рассела Кроу в 16 лет, будучи учеником школы Стоу в графстве Бакингемшир, где проходили съемки фильма «Доказательство жизни». Он и еще несколько ребят из массовки играли в регби на заднем плане, пока экранный папа Кроу прощался со своим экранным сыном. В то время только вышел «Гладиатор», и поэтому легко понять, как они были взволнованы: «Смотрите, это Максимус Децимус Меридиус!»

Между дублями мальчики болтали между собой, украдкой поглядывая на кумира, который заполнял свободные минуты игрой в мяч.

— И я думал тогда, — рассказывает Кэвилл, уроженец Нормандских островов, который вырос на Джерси, но учился в интернате Стоу, — что мы выглядели так смешно, стоя в сторонке и таращась на знаменитость. И я сам хочу стать актером. Так что я подумал, что я мог бы подойти и спросить его об этом.

Так он и поступил. Пока друзья стояли, вытаращив глаза, Кэвилл, ничуть не смущаясь, подошел к знаменитому актеру, протянул ему руку и сказал:

— Привет, меня зовут Генри. Я хочу стать актером. Каково это?

И Кроу рассказал ему о хороших и не очень хороших сторонах актерской профессии, и добавил:

— Но если ты в самом деле готов пойти на это, тогда дерзай.

И в этот момент все дети, чувствуя, что Максимус открыт для них, начали подбегать к нему и просить автографы, протягивая ему то, что у них было, для подписей. Кэвилл, чувствуя себя виноватым за этот детский флэш-моб, быстро превратился в его телохранителя, махнув ему рукой и крикнув: «Скорее, бежим!»

— Потому что я подумал, — говорит Кэвилл, — последнее, чего ты хочешь, это чтобы у тебя просили автографы.

Кроу побежал.

Два дня спустя Кэвилл получил посылку, в которой были джерсийские сладости (Кэвилл упомянул, где он вырос), банка «Веджемайт» (австралийское подобие арахисового масла — Прим. перев.), диск рок-группы Кроу «30 Odd Foot Of Grunts» и фотография Кроу в фильме «Гладиатор» с автографом, который гласил: «Дорогой Генри, путь в тысячу миль начинается с одного шага. Рассел».

— А ведь я ничего не просил, — рассказывает Кэвилл, — правду говорят, что лучший подарок — тот, о котором не просишь.

Он так и не открыл сладости, не попробовал «Веджемайт» и не решился достать картинку с подписью из коробки, он сохранил посылку нетронутой. Для нее было отведено специальное место в его детской спальне, она служит ему неким талисманом на счастье и вдохновляет его на новые роли.

11 лет спустя, уже после сериала «Тюдоры» и эпического фильма «Война Богов», после значительного количества упущенных возможностей (подробнее об этом ниже) и перед будущим прорывом, Кэвилл оказался в Gym Jones — известном в Голливуде спортзале, где готовят супергероев. Он уже несколько месяцев поддерживал изнурительный тренировочный режим для роли всей своей жизни — он получил главную роль в фильме «Человек из стали», в котором заново будет рассказана история Супермена, став первым британским актером, который сыграет американского супергероя. И вдруг в зал вошел Рассел Кроу, который недавно был выбран на роль экранного отца Кэвилла, Джор-Эла, которого ранее играл Марлон Брандо.

Он появился там, как оказалось, чтобы начать свои собственные тренировки для работы в этом фильме. И у них был, как вскоре выяснил Кэвилл, общий тренер.

Но Кэвилл ни словом ни намекнул о том, что вертелось в его голове — о том дне одиннадцать лет назад. Они были представлены друг другу, обменялись рукопожатием, и всё. Никаких брошенных «А помнишь...», ни шутливых «Эй, Расс, это так забавно...», ни осторожных «А ты знаешь „Доказательство жизни“...» Ничего.

Потому что автографы — это последнее, о чем вы хотели бы, чтобы вас просили.

Потому что он получил всё это — удачу, везение — не прося об этом.

Вот так в течение долгих месяцев они тренировались вместе. И за это время Кэвилл не проронил ни слова.

 

 

В зависимости от того, с какой стороны вы на это посмотрите, 29-летний Кэвилл, второй по младшинству из пяти братьев, который до сих пор известен преимущественно своими обнаженными сценами в «Тюдорах», может считаться как самым везучим, так и самым невезучим человеком в Голливуде. Потому что он встретил человека, который будет играть его экранного отца, в 16 лет. Потому что Кроу был и остаётся его любимым актёром, и потому что «Гладиатор» был и до сих пор является его любимым фильмом. И, конечно, потому, что, получив роль Супермена в блокбастере с бюджетом $225 млн и актерским составом, включающим Майкла Шеннона в роли Генерала Зода и Эми Адамс в роли Лоис Лейн, Кэвилл оказался в рядах суперзвезд, а для этого требуется изрядная доля везения. Но с другой стороны, вряд ли существует какая-то знаковая роль за последние 10 лет, к которой бы Кэвилл не был бы близок на волосок и которую не упустил бы в последний момент.

Я никогда не считал себя невезучим. Если ты ставишь перед собой грандиозные цели, то понимаешь, что их трудно достичь без большой доли везения.

  Генри Кэвилл

Вот, навскидку: он почти получил, но уступил Роберту Паттинсону роль в «Гарри Поттере»; проиграл «Бэтмена» Кристиану Бэйлу; снова Паттинсону — главную роль в «Сумерках» (автор саги Стефани Майер называла Кэвилла «идеальным Эдвардом»); Дэниелу Крейгу — Джеймса Бонда; и, пожалуй, самое заметное в этом ряду — роль Супермена в фильме Брайана Сингера «Возвращение Супермена» (2006), которая ушла к Брэндону Руту.

По крайней мере, так рассказывают эту историю. И именно поэтому его и назвали «самым невезучим человеком в Голливуде». На самом же деле всё немного сложнее. Да, сидя в модном баре в Лос-Анджелесе на Манхэттен-бич, где трудно остаться неузнанным, и местные за соседними столиками толкают друг друга локтями и перешептываются, он подтверждает, что пытался получить роль в «Гарри Поттере». Он прошел два этапа кастинга, но...

— Я даже не представляю, насколько я был близок. Всё равно ничего не вышло.

Но нет, он не собирался бороться за роль в «Сумерках»:

— Я никогда не видел сценария и никто не звонил мне с приглашением на кастинг.

Или в «Бэтмене»:

— Я спрошу Криса [Нолана] об этом. Я читал об этом и думал: «Что? Правда???» Я, должно быть, реально был сильно пьян тогда. Нет, я не участвовал в кастинге.

Однако в случаях с Суперменом и Бондом всё намного сложнее.

Технически, Кэвилл не упустил роль Супермена — на самом деле он был утвержден в версии режиссёра МакДжи.

— Это был долгий процесс. Я помню, у меня был финальный скрин-тест, я встречался с МакДжи, смотрел артворки, меня посвящали в концепцию и базовые сюжетные линии... а потом просто всё затихло. Потом на короткое время опять начались подвижки... а затем опять тишина. А потом я оказался за бортом.

Причина — в финансировании. МакДжи был заменен Сингером, а его выбором на Супермена стал Брэндон Рут.

В этом, безусловно, можно смело сказать: Кэвиллу не повезло. А может, наоборот, если иметь в виду, что этот проект в итоге обернулся провалом. Понимает ли он сейчас, что на самом деле ему повезло, что он в этом не участвовал?

— Я просто скажу, что это было на самом деле здорово, что я попал в этот фильм, потому что это идеально мне подходит, — улыбается он. — Так что трактуйте это как вам угодно.

Может быть более значительным будет то, насколько близко Кэвилл подошел к тому, чтобы получить роль Бонда, когда ему было всего 22.

— Сейчас, — говорит он, — это действительно то, за что бы я поборолся.

У него были прослушивания в США и Великобритании, а также кинопробы, состоящие из двух сцен из фильмов Шона Коннери («Сейчас я уже не помню, что именно»), и одной сцены из «Казино „Рояль“». Выбор стоял между ним и Крейгом.

— И я ждал ответа, и, к сожалению, получил отказ. Хотя это было безумием, учитывая мой возраст.

Так было ли это неудачей — не получить эту роль, или же это было успехом — зайти так далеко?

— Это смотря с какой точки зрения судить. Люди говорят: «Наверное, ты был так разочарован, не получив Бонда!» — но нет, потому что я дошел до финала. Кроме меня было очень много людей, которым не повезло еще больше, которые даже не дошли до кинопроб. — И он добавляет: — Но с другой стороны, я бы не сыграл тогда эту роль так, как я мог бы сделать это сейчас.

Так он что, намерен сыграть Бонда в ближайшем будущем?

— Если я заинтересован в новой роли, если люди видят меня не только Суперменом, но и Бондом тоже, тогда да, я бы с удовольствием это сделал. — Он замолкает. — Я никогда не считал себя невезучим. Если ты ставишь перед собой грандиозные цели, то понимаешь, что их трудно достичь без большой доли везения.

 

 

Конечно, Кэвилл ставит перед собой грандиозные цели, а это значит, удача ему нужна, как воздух.

Это значит, в течение нескольких лет он может оставаться практически без работы. Его большой прорыв случился в 17 лет в фильме «Граф Монте-Кристо». Но между этим фильмом и «Тюдорами» было пять лет, в течение которых у него были лишь эпизодические роли.

По сути, он каждый раз играл ва-банк в карьерную рулетку. Он делал ставки на большие проекты, но все они уходили от него.

— Я хочу, чтобы мое имя было среди тех, кого продюсеры хотят заполучить, потому что на тебя идут зрители в залы, — говорит он просто. И неожиданное добавляет: да, деньги имеют значение.

Ты заходишь очень далеко, но ты не получаешь денег. Это реально приводило меня к мыслям, что я посвятил этому несколько лет, но до сих пор ничего не добился. Стоит ли игра свеч?

  Генри Кэвилл

— Обязательно! Вы что, с ума сошли? Господи, все те, кто говорит: «О нет, деньги для меня не важны» — ага, конечно! Они либо дураки, либо лжецы. «О нет, не платите мне ничего, я делаю это ради любви к искусству» — так что ли? Извините, нет. Платите мне деньги. Я не занимаюсь благотворительностью. К тому же это дорого летать туда-сюда в Лос-Анджелес. Мне нужна работа, за которую я получаю деньги.

Если вы услышали в этих словах нотки высокомерия, то вы ошибаетесь. Скорее, это серьёзность, граничащая с невинностью, и прямолинейность, которая взывает к его детству в престижном интернате и дома среди братьев, двое из которых военные (Пирс, самый старший, уже вышел в отставку; Ник, второй из братьев, офицер морской пехоты, имел три командировки в Афганистан и одну в Ирак).

Армия была весьма реальной перспективой для Кэвилла, когда он почти решил завязать с попытками сделать актерскую карьеру.

— В то время, когда я снимал кинопробы к Супермену и Бонду, был тот период, когда я был близок к этому, — говорит он. — Ты заходишь очень далеко, но ты не получаешь денег. Это реально приводило меня к мыслям, что я посвятил этому несколько лет, но до сих пор ничего не добился. Стоит ли игра свеч? Я был очень близок.

Он делил свое время между Лондоном и домом его родителей на Джерси, работая в баре в Лондоне и в ночном клубе Liquid на Джерси, чтобы заработать денег на перелёты в Лос-Анджелес ради кинопроб. Он вспоминает, когда он был занят своим первым фильмом о Супермене, каждый вечер в Liquid «когда открывался танцпол, ди-джей всегда включал музыку из Супермена».

А когда эта история закончилась?

— Тогда он перестал её включать.

Он задумывался о том, чтобы, наконец, закончить когда-то брошенную школу, а потом он думал, что выбрать: морскую авиацию или морскую пехоту.

Так почему армия?

— В этой работе есть честность, — объясняет он. — Это то, к чему у меня есть призвание в сердце и в душе. Серьезная работа и товарищество между солдатами... в этом есть что-то, что я считаю естественным для себя. Вы знаете, если я сейчас вижу рекламу вооруженных сил «Будь лучшим», часть меня говорит: «Я бы хотел».

Честно говоря, если речь идет о Кэвилле, у меня нет и тени сомнения в том, что это правда. Легко можно представить, как он на съемках какого-нибудь фильма цепляется взглядом за плакат, призывающий вступить в вооруженные силы, и помощник пытается отобрать у него мобильный телефон под вопли: «Дайте мне записаться добровольцем, черт побери, я нужен своей стране!» — но ему не позволяют это сделать, пока не будет отснята последняя сцена.

Вот почему у меня также не вызвали удивления слова режиссёра фильма «Человек из стали» Зака Снайдера, когда позже он сказал мне, в чем была причина того, что Кэвилла выбрали на роль Супермена.

— Он очень искренний, — говорит Снайдер. — В нём есть, как бы банально это ни звучало, много качеств, которыми, как вы надеетесь, обладает Супермен. И они не наиграны. Это то, что меня удивило. Я бы хотел, чтобы мой Супермен не был искусственным. Это легко сказать, но трудно сделать. Обычно у тебя есть актер, который его изображает, и это часто выглядит смешно и не по-настоящему. Искренность очень трудно сыграть, если в тебе её нет.

На самом деле, несмотря на мускулы, выразительные скулы, идеальную улыбку и умопомрачительную внешность, Кэвилл мало похож на типичную звезду, ведущую разгульную жизнь. Он, по правде говоря, скорее ботан.

По его словам, нет ничего лучше, чем разослать е-мейлы своим братьям и провести вечер, играя с ними в онлайн-игры.

— Но я давно с ними не играл, — говорит он с грустью. — Они были заняты в последнее время. Так что я много играл в одиночные игры типа Skyrim. Это такая классная игра!

Это проистекает, как он говорит, еще с тех времен, когда в детстве папа пристрастил его и его братьев к компьютерам. Он вспоминает, у них было пять компьютеров, объединенных в сеть, которые стояли на обеденном столе.

— И мы играли все вместе в сетевые игры, что, как вы можете себе представить, сильно радовало мою маму.

Когда Снайдер позвонил ему, чтобы предложить роль Супермена, он, по его словам, был с головой погружен в фэнтези-игру World Of Warcraft.

— И я увидел, что это был он [в телефоне], но дело в том, что ты не можешь сохранить World Of Warcraft или нажать паузу. Это живая игра.

Он пропустил звонок. Пропустил его, потому что был слишком занят игрой, где сражались орки, гномы и тролли. Ему пришлось перезванивать Снайдеру, чтобы узнать, что он получил роль.

Когда я позднее пересказывал эту историю Снайдеру, он расхохотался:

— Хаха! Круто! Значит, он такой сидит, играет: «Кто, черт побери, посмел меня побеспокоить? Я играю в Варкрафт!» Это здорово. Он действительно ботан. Вот почему мы попали с ним в цель.

 

 

Когда Кэвилл снимал свои кинопробы для «Человека из стали», для него не было приготовлено костюма, потому что новый костюм еще не был разработан. Поэтому костюмеры покопались на складах Warner Bros. и вытащили из закромов старый костюм Кристофера Рива — тот самый, в котором он вырывался из телефонной будки, чтобы мчаться спасать Марго Киддер — и попросили Кэвилла надеть его. Как говорит Снайдер, он буквально сделан из спандекса, он выглядит как костюм для Хэллоуина, и он совсем не впечатляет.

Честно говоря, этот костюм вобрал в себя всё, чего они старались избежать в новой версии. Для начала, они стремились сделать что-то приближенное к фильмам о Бэтмене Кристофера Нолана, в смысле — представить героя с супер-способностями существующим в реальном мире и те проблемы, с которыми он столкнется. Кларк Кент будет круче (Кэвилл: «Если бы вы увидели Кента Кристофера Рива, разгуливающего в реальном мире, вы бы сказали: „Эй, что с ним не так? Иди-ка спать!“»), они стремились положить в основу другие темы (Снайдер: «Мы подошли к этому, как будто предыдущих версий не существует вовсе»), и больше никаких красных трусов поверх костюма.

Он очень искренний.В нём есть много качеств, которыми, как вы надеетесь, обладает Супермен. И они не наиграны. Это то, что меня удивило. Я бы хотел, чтобы мой Супермен не был искусственным. Это легко сказать, но трудно сделать. Обычно у тебя есть актер, который его изображает, и это часто выглядит смешно и не по-настоящему. Искренность очень трудно сыграть, если в тебе её нет.

  Зак Снайдер

И хотя сценарий держится в строжайшем секрете, сюжет основан на всем знакомой истории: как и в 80-е годы в фильме «Супермен II» главным злодеем будет Генерал Зод с родной планеты Супермена Криптон, будут представлены все основные персонажи — Лоис Лейн, Перри Уайт, Ма и Па Кенты, однако там не осталось места костюму из спандекса. Костюм, так же как и в поздних «переосмысленных» изданиях комиксов, будет на самом деле доспехом.

А кроме того, там предусмотрена возможность для продолжения в виде фильма «Лига Справедливости» в стиле «Мстителей», в котором будут представлены Супермен и Бэтмен (что не удивительно, потому что Нолан приложил руку также и к «Человеку из стали»).

Но всё же, поговорив со Снайдером о кинопробах в костюме из спандекса («Он вышел в этом костюме на съёмочную площадку, где было полно народу — все эти грубые парни, техники, осветители, и ни один не засмеялся. Это была лакмусовая бумажка. Все прямо-таки замерли: «Это потрясающе!») или с продюсером «Человека из стали» Чарльзом Ровеном («Это было просто... Вау!»), станет понятно, что конкурса по сути не было. Работа сделана. Или, говоря словами Снайдера, «он всех отправил в нокаут». Больше они никого не отсматривали.

Однако в рассказе Кэвилла эта история выглядит совсем по-другому.

— Я был сильно смущен, — говорит он, и его взгляд выражает искреннее огорчение. — Я не тренировался тогда. Я не чувствовал себя подтянутым или хорошо выглядящим, и когда надеваешь костюм из лайкры, он ничего не скрывает. Я тогда думал: «Ладно, я не получу эту работу. Я толстый Супермен. Там есть реально накачанные парни, которые потрясающе выглядят в этом костюме».

Столкнувшись с Кэвиллом во плоти, эти слова покажутся вам абсурдными. Внушительные бицепсы никем не останутся незамеченными. И это Кэвилл после съёмок. Это Кэвилл, который позволил себе расслабиться.

Ровен хохочет, когда я рассказываю ему, что Кэвилл считал себя толстым во время кинопроб.

— Вы знаете, это настолько смешно, — говорит он. — Я не знаю, видели ли вы «Войну богов»? [фильм, в котором Кэвилл снимался перед «Человеком из стали» и в котором он играл накачанного древнегреческого героя]. Я хотел сказать, многие бы отдали жизнь, чтобы иметь такое тело, правда? Так что можете себе представить, насколько Кэвилл маньяк-перфекционист. Даже имея такое тело, он говорил: «Ох... всё нормально, но...»

Henry Cavill in ImmortalsГенри Кэвилл в фильме "Война богов"

Как-то раз Кэвилл сказал мне, что он стал таким огромным, что порвал костюм Кларка Кента. И, разумеется, это был не старый костюм. Из одного своего съемочного костюма он наполовину вырос во время съемок, когда он уже был таким большим. И не только пиджак был ему мал, но и брюки тоже.

— Мне кажется, — говорит он, смеясь, — на них разошлись швы.

В какой-то момент он обнаружил, что не может носить ничего из своей привычной одежды. Единственной вещью, которую он мог носить, был его сильно растянутый тренировочный костюм, ну и костюм Супермена, разумеется.

— Я практически никуда не выходил.

Он говорит, что смотрел на себя в зеркало и спрашивал: достаточно ли этого?

Почему?

— Я не знаю! Если я сейчас оглядываюсь назад, я говорю себе: «Ты был огромным! О чем вообще речь?» Но да, каждый день я смотрел на себя в зеркало и спрашивал: достаточно ли этого?

Трудно поверить, но он рассказывает, что в детстве был толстым. Из-за чего — и поверить в это еще труднее — его постоянно обижали сверстники.

— Да, надо мной издевались. Но я не собирался сидеть и плакать: «О горе мне!» Если ты скучаешь по дому, это всегда тяжело. А я не вписался ни в одну компанию. Дети есть дети. Дети везде одинаковы.

Он вспоминает, когда он в 13 лет приехал в интернат, после того, как ему «не терпелось покинуть Джерси — остров стал казаться слишком маленьким», он в итоге стал звонить маме по три раза в день и «реветь во все глаза», и это продолжалось добрых два года, пока однажды мама не велела ему прекратить это. Что он и сделал, буквально проявив свою прямолинейную натуру. Он просто перестал звонить. Совсем.

— И это помогло! Но потом она осознала, что это был последний раз, когда я ей звонил. Я больше вообще не звонил.

Но это не помогло остановить издевательства.

— Когда я пошел в школу, у меня был лишний вес. На самом деле, когда я закончил школу, у меня тоже был лишний вес, просто я был повыше. Мое прозвище было Жирный Кэвилл. Я хочу сказать, что никому не пожелаю быть Жирным Кэвиллом.

И это было то, на чем он застрял.

— Да, я действительно застрял на этом надолго, но впоследствии я всегда следил за своим весом. В прошлом у меня были подруги, которые говорили: «Нет, правда, у тебя нормальный вес, ты отлично выглядишь», но я им попросту не верил.

Поворотный момент настал, по его словам, когда ему дали роль в фильме «Граф Монте-Кристо». С ним на кинопробах была его мама.

— Они отвели её в сторонку и сказали, что я реально должен похудеть, чтобы получить роль. И ей пришлось передать это мне. И я разозлился тогда: «Если я толстый, почему они сами не могут мне об этом сказать!» Я реально вышел из себя. Но мне удалось сбросить 13 килограмм за очень короткое время.

 

 

Однако вернёмся в Лос-Анджелес, в Gym Jones, в те времена, когда только начинались съёмки «Человека из стали», когда Рассел Кроу начал что-то подозревать о парне, с которым он вместе тренировался. Они уже работали вместе какое-то время, но общались не очень много. И в какой-то момент он понял, что знает его. Они уже встречались раньше, но где?

— Я несколько раз спрашивал тренера Марка Твайта, который занимался с ним уже несколько месяцев, откуда я могу знать его, но он только загадочно улыбался, — говорит Кроу.

Тогда он спросил своего агента, «который предположил, что я, возможно, встречал его в одном из ресторанов Лос-Анджелеса, в котором работал Генри, но я не знал такого ресторана».

— В конце концов, — говорит Кроу, — мы разговорились. Он спросил, помню ли я свой визит в школу Стоу одиннадцать лет назад. Я сказал, что помню. Он спросил, помню ли я тот разговор после игры в регби. Я имел только смутные воспоминания, и тогда Генри сказал: «Я спросил вас, каково это — быть актером».

— И что я сказал? — ответил Кроу.

— Вы сказали, что платить будут много, но выжмут из тебя все соки, — сказал Кэвилл.

Кроу громко рассмеялся.

— Точно! Именно это я и сказал, всё правильно. Привет, Генри!

— И мы говорили об этом еще около получаса или около того, — рассказывает Генри. Путь в тысячу миль уже у него позади, та коробка, полученная от Кроу одиннадцать лет назад, всё ещё хранится в безопасном месте, фотография слегка выцвела, банка «Веджемайта» немного опустела, но всё ещё там, на своём месте. — Мы говорили о том, как это смешно, как это здорово и как это чудесно; и эта роль — самый величайший момент в моей карьере. И он здесь со мной.

Он делает паузу.

— Это один из тех моментов, когда ты оглядываешься на свою жизнь и думаешь: а какие вообще у меня были шансы?

 

Смотрите фотосессию из журнала GQ в нашей галерее

Смотрите также: